Бриджит Бардо родилась 28 сентября 1934 года в Париже в состоятельной буржуазной семье. Её отец, Луи Бардо, был успешным промышленником, владевшим несколькими предприятиями, а мать, Анн-Мари Мюзель, происходила из респектабельного круга. Детство Бриджит прошло в атмосфере строгих правил и консервативных взглядов, что позже породило её бунтарский дух и стремление к свободе. Семейная обстановка была далека от будущей славы и скандалов, окружавших её имя.
С самого раннего детства Бриджит проявляла страсть к танцам, особенно к балету. В три года она уже занималась ритмикой, а к семи годам серьёзно увлеклась классическим балетом. Её мать, мечтавшая о карьере балерины для дочери, отдала её в престижную школу при Парижской опере. Бриджит подавала большие надежды, занимаясь под руководством знаменитого русского балетмейстера Бориса Князева, и мечтала о сцене Гранд-Опера, несмотря на довольно жёсткие методы обучения.
Карьера профессиональной балерины не сложилась из-за травмы колена, полученной во время интенсивных тренировок. Однако именно балетная школа сыграла ключевую роль в её судьбе. В 1949 году, когда Бриджит было 15 лет, её мать отправила фотографию дочери в балетном пачке и купальнике в редакцию модного журнала "Elle". Фотография попала на обложку, мгновенно сделав юную Бриджит лицом нового номера и привлекла внимание кинематографистов. Это стало поворотным моментом, переключившим её амбиции с балета на кинематограф.
Её кинодебют состоялся в 1952 году в комедии Жана Буайе "Нормандская дыра" ("Le Trou normand"), где она сыграла небольшую, но заметную роль Жавиот Ламбер. Несмотря на скромное начало, её естественная красота и экранное обаяние выделялись. Гораздо важнее для её ранней карьеры стала встреча с молодым режиссёром Роже Вадимом на съёмках фильма "Доктор и знахарка" (1951), где она играла эпизодическую роль. Вадим, очарованный ею, стал не только её первым мужем, но и режиссёром, раскрывшим её потенциал.
Брак с Роже Вадимом в 1952 году (когда ей было 18, а ему 24) стал скандальным для её консервативной семьи. Молодожёны жили весьма скромно, порой впроголодь, в маленькой квартирке, пока Вадим писал сценарии. Именно Вадим настоял на том, чтобы Бриджит не красила тёмные корни своих светлых волос, создав её знаменитый образ "белокурой бомбы" с тёмными корнями. Он же начал снимать её в своих короткометражках, оттачивая её экранное присутствие перед большой ролью.
Мировую славу и статус секс-символа Бриджит Бардо обрела после выхода в 1956 году фильма "И Бог создал женщину" ("Et Dieu... créa la femme"), снятого Вадимом. Фильм, с его откровенными по меркам того времени сценами и образом свободной, чувственной героини Жюльетты, вызвал фурор и был запрещён во многих странах, включая некоторые штаты США и даже Ватикан. Бардо стала олицетворением сексуальной революции, а её имя – нарицательным. Успех фильма был ошеломляющим, мгновенно вознеся её на вершину славы.
Образ "сексуальной дикарки", созданный Вадимом, стал её визитной карточкой, но сама Бардо часто тяготилась им. Она стремилась к более серьёзным и разноплановым ролям, доказывая свой актёрский талант. Фильмы конца 1950-х – начала 1960-х, такие как "Парижанка" (1957), "Бабетта идёт на войну" (1959), "Презрение" (1963) Жан-Люка Годара, "Вива Мария!" (1965) Луи Маля, где она играла вместе с Жанной Моро, демонстрировали её диапазон, от комедии до драмы, хотя публика часто видела в ней прежде всего секс-символ.
Её личная жизнь была не менее бурной, чем кинокарьера. После развода с Вадимом в 1957 году она в том же году вышла замуж за харизматичного актёра Жака Шарье, с которым снялась в нескольких фильмах ("Бабетта идёт на войну", "Натурщица"). Их брак, страстный и скандальный, сопровождался публичными ссорами и взаимными изменами (включая её роман с Жаном-Луи Трентиньяном на съёмках "Презрения") и закончился разводом в 1959 году. Шарье даже угрожал ей оружием.
Одним из самых экстравагантных её романов была связь с бразильским миллионером-плейбоем Бобом Загюином в конце 1950-х. Загюин осыпал её дорогими подарками, включая яхту и ювелирные украшения, и даже купил ей островок недалеко от Сен-Тропе. Их отношения были яркими, но недолгими, оставив след в виде легенд о её эксцентричных выходках и роскошной жизни того периода. Именно Загюин познакомил её с Сен-Тропе, который позже стал её домом.
В 1966 году Бардо совершила поездку по странам Африки вместе с немецким миллиардером Гюнтером Заксом, владельцем концерна "Грундиг". Закс, известный ловелас и коллекционер красивых женщин, поразил её экстравагантными ухаживаниями, включая полёт на вертолёте над её виллой и сброс сотен роз. Они поженились в Лас-Вегасе в июле 1966 года, но брак продлился лишь до 1969 года. Закс позже продал с аукциона её любовные письма, что вызвало скандал.
Музыкальная карьера Бардо часто остаётся в тени её кинематографической славы, но она записала множество популярных песен, преимущественно в 1960-х годах. Её хрипловатый, немного детский голос стал узнаваемым. Шлягеры вроде "Harley Davidson", "Bubble gum", "Je me donne à qui me plaît" и, конечно, "La Madrague" (название её виллы в Сен-Тропе) пользовались огромным успехом во Франции и за её пределами, часто звуча в её же фильмах.
Её стиль стал культурным феноменом и оказал огромное влияние на мировую моду. Бардо популяризировала полосатые тельняшки (бретонки), ставшие символом французского шика, балетки, сарафаны в горошек, облегающие джинсы Capri, плетёные сумки-корзинки и высокие причёски "бабетта" (названные в честь её героини). Её макияж с подведёнными чёрным карандашом глазами и яркими губами копировали миллионы женщин. Она была иконой стиля задолго до появления этого термина.
В 1973 году, в разгар славы, Бриджит Бардо неожиданно объявила об уходе из кинематографа. Её последней ролью стала проститутка в криминальной драме "Если бы пришлось начать сначала" ("Si c'était à refaire") Клода Лелуша. Решение было окончательным и мотивированным глубоким разочарованием в индустрии, которую она считала эксплуататорской, а также растущей страстью к защите прав животных. Она больше никогда не вернулась на большой экран.
Её активизм в защиту животных начался задолго до ухода из кино и стал главным делом её жизни. Ещё в 1962 году она основала "Фонд Бриджит Бардо", но настоящий размах её деятельность приобрела в 1970-80-е годы. Она использовала свою колоссальную известность как оружие, публично выступая против охоты на тюленей, ношения натурального меха, жестоких методов забоя скота, эксплуатации животных в цирках и контрабанды редких видов.
Бардо не ограничивалась лозунгами. Она лично финансировала приюты для животных, включая огромный "Ферму Бардо" ("La Ferme des animaux") в своём поместье "Мадраж" в Сен-Тропе, где содержались спасённые ею собаки, кошки, лошади, ослики и другие животные. Её акции были часто радикальны и вызывали споры: она обливала краской женщин в мехах, устраивала голодовки, публично сжигала чучела и жёстко критиковала власти и отдельных лиц, что неоднократно приводило её в суд.
Её публичные высказывания часто были резкими и провокационными, выходя далеко за рамки защиты животных. Она позволяла себе спорные и откровенно реакционные заявления по вопросам иммиграции, гомосексуальности, феминизма и политики, что вызывало обвинения в ксенофобии и исламофобии. Неоднократно её приговаривали к штрафам за разжигание ненависти, что омрачало её имидж защитницы природы и вызывало споры о границах свободы слова.
В 1985 году Бриджит Бардо вышла замуж в четвёртый раз, и этот брак оказался самым долгим и стабильным. Её избранником стал Бернар д'Ормаль, бывший лидер ультраправой группировки "Новый порядок" и советник Жан-Мари Ле Пена. Несмотря на скандальное прошлое д'Ормаля, Бардо нашла в нём преданного спутника и менеджера, который взял на себя управление её фондом и делами, ограждая её от прессы и публичной жизни. Они живут вместе в её поместье "Мадраж".
После ухода со сцены Бардо ведёт жизнь затворницы, крайне редко появляясь на публике и давая интервью. Она посвящает всё своё время управлению фондом, написанию книг (в основном о защите животных и автобиографических) и заботе о животных в своём приюте. Её поместье в Сен-Тропе стало своеобразной крепостью, куда допускаются лишь немногие избранные. Она сознательно отказалась от гламура своей прежней жизни.
Несмотря на затворничество, она остаётся одной из самых узнаваемых французских икон XX века. Её образ молодой Бардо продолжает вдохновлять дизайнеров, фотографов, музыкантов и кинематографистов. Фильмы с её участием регулярно пересматриваются, а её влияние на моду и представления о женской сексуальности считается революционным. Она стала символом целой эпохи, даже отказавшись от неё. Её имя по-прежнему вызывает сильные эмоции – от восхищения до осуждения.
Бриджит Бардо получила множество наград за вклад в кинематограф (например, "Золотая камера" за жизненные достижения в 1992 году), но наиболее ценит награды за свою защиту животных. Она является офицером Ордена Почётного легиона (1985, но отказалась от церемонии награждения), однако в 2012 году попросила президента Франсуа Олланда лишить её этого звания в знак протеста против возвращения практики медвежьей травли в Пиренеях.